Воспоминание о Д. Д. Дебольском, авторе «Комментариев к философским текстам «Махабхараты» (Дебольская Н. С. / 2001 г.)

Фото с выступления на конференции "110-лет со дня рождения академика Бориса Леонидовича Смирнова". г. Москва, 15 декабря 2001 года.

Стенограмма речи Нины Сергеевны Дебольской,
посвящённая празднованию 110-летней даты
со дня рождения академика Бориса Леонидовича Смирнова.
г. Москва, 15 декабря 2001 года.

Воспоминание о Д.Д. Дебольском, авторе «Комментариев к философским текстам «Махабхараты»
_____________

К продолжению предыдущего выступления хочу сказать, что, конечно, бывают совершенно удивительные скрещения судеб.

Диодор Дмитриевич Дебольский был ровесником Борису Леонидовичу Смирнову. Он родился в провинциальном городе на Волге, в Рыбинске, в 1892 в семье мирового судьи. С 1905 года жил в Ярославле, где заканчивал лицей.

В Ярославле он познакомился с будущим известным белорусским поэтом Максимом Богдановичем и стал его другом. До сих пор память Д.Д. Дебольского свято чтят в Минске в литературном музее Богдановича, где каждая экскурсия начинается с прочтения стихотворения М. Богдановича, посвящённого другу. Стихотворение это глубоко философское и лирическое.

Как только Диодор Дмитриевич закончил лицей и поступил в университет, он принял активное участие в этнографических экспедициях, которые были организованы (они проходили в 12-15 годы) по заданию постоянной комиссии при Петербургском университете, и эта комиссия должна была составлять этнографические карты России. В работу этих экспедиций Диодора Дмитриевича привлек его близкий родственник, муж его сестры, будущий директор этнографического музея в Петербурге, Давид Алексеевич Золотарёв. Золотарёв привлекал его к этой работе, потому что видел в молодом человеке очень способного научного работника. В последствии Золотарёв издал до сих пор очень ценную книгу «Путеводитель по Волге».

Но война 13-ого года прервала учёбу в Московском университете, Диодор Дмитриевич пошёл в санитарный отряд и пробыл там почти 2 года. Ранняя гибель старшего брата, старший брат погиб в плену во время 1-ой Мировой Войны, затем ранняя женитьба и смерть отца – всё это заставило Дебольского прервать учёбу в университете в 18 году и начать работать, потому что ему нужно было содержать семью, и не одну, фактически.

В 20-ые же годы он начал интересоваться индийской философией, которая, конечно, поступала в Россию через переводы. И сам он, зная прекрасно немецкий язык, переводил те тексты, которые ему были доступны в те годы, в частности тексты Махабхараты с немецкого языка. В те же годы, с 17 по 26 он вёл дневник. И вот эти переводы индийских текстов и этот дневник оказались крамольными.

В 48 году он был арестован, а в 49-ом арестован вторично. Эти дневники в 49 году фигурировали как антисоветская литература в его судебном деле. Всё было уничтожено: дневник, который был, безусловно интересен и как исторический документ и как философский, переводы, всё было уничтожено НКВД. Каким-то чудом осталась только одна работа Диодора Дмитриевича – это «Комментарии к философским главам Махабхараты». По-видимому, к моменту обыска, к моменту ареста эта работа находилась у машинистки и не попала следователям.

Диодор Дмитриевич много лет провёл в ссылке, и вернулся из неё больным человеком. Можно сказать, что все его последние годы были озарены светом переписки с Борисом Леонидовичем Смирновым, потому что вскоре после возвращения из ссылки он узнал о существовании переводов с санскрита Махабхараты, которая была ему так дорога. И пока он был ещё на ногах, пока был ещё способен писать (а у него было очень плохое зрение), он переписывался с Борисом Леонидовичем и между ними шёл активный обмен не только письмами, но и книгами, потому что действительно, тогда очень хорошо работала книга-почтой и часто Борис Леонидович заказывал нужные ему книги в Москве и Диодор Дмитриевич с нетерпением ждал очередного выпуска Махабхараты. Конечно, это чудо, что сохранилась эта переписка, потому что после смерти Диодора Дмитриевича все письма самого Смирнова были отправлены вдовой Диодора Дмитриевича в Ашхабад.

Диодор Дмитриевич умер в 64-м году, значит, за 3 года до Бориса Леонидовича.

Вся переписка ушла в Ашхабад. Мне хочется ещё вспомнить о том, что для всех окружающих Диодор Дмитриевич был, конечно, личностью, которая оказывала влияние и на формирование характера, и на образ мышления. Диодор Дмитриевич следил за всем тем, что издавалось, что выпускалось в те годы в Москве не только с тщательностью, но и с большой жадностью, и всех, так сказать, посвящал в это. Его жажда, уже человека стареющего, больного, жажда к обретению знаний, она заражала всех. И я прекрасно помню, как в 60-м году была издана Дхаммапада, впервые, видимо, в России, и Диодор Дмитриевич заставил меня купить её. И вот эта Дхамма, которая звучит наиболее актуально, а сейчас это, может быть, самая актуальная вещь: «И никогда в этом мире ненависть не прекращается ненавистью, но отсутствием ненависти прекращается она».

Мне хочется закончить вот этими словами своё выступление, потому что мне кажется, что не случайно мой дядя дал мне эту книгу, заставил меня купить эту книгу, потому что он понимал, насколько восточная мудрость, в частности индийская мудрость, она умеет выразить мысль сжато, ёмко и вечно.

Спасибо за внимание.